Жилищный кодекс провоцирует родителей отказываться от своих детей

Как только в стране начал действовать новый Жилищный кодекс, отец пятилетнего Данилы Грушникова подал иск о выселении из своей квартиры своего сына. Мотивировал просто: после развода с мамой Данилы сын стал для отца бывшим членом семьи. На основании 31-й статьи ЖК РФ и разъяснений Верховного суда от ноября 2005 года мальчика выселили. В сентябре этого года мама Данилы Катя Маслова, пройдя все возможные судебные инстанции и кабинеты чиновников, получила вердикт Верховного суда о том, что решение о выселении на улицу пятилетнего ребенка — законно. А еще через два месяца Верховный суд кардинально поменял свою позицию по этому поводу. Верховный суд вспомнил, что в стране действует не только Жилищный кодекс, но и, например, Семейный кодекс РФ, который обязывает обоих родителей — и отца, и мать — нести РАВНУЮ ответственность за своих детей. Поэтому дети не могут быть бывшими.

Теоретически у Кати Мас­ловой осталась еще возможность обратиться в Президиум Верховного суда и отменить все предыдущие судебные решения. То есть вселить Данилу в квартиру его отца, у которого теперь другая семья. Но вряд ли она это сделает. За три года мучительной борьбы с государственным абсурдом, когда на стороне бывшего мужа и отца оказались суды, милиция, приставы, паспортные столы, депутаты Госдумы и даже президент России, в голове и сердце Данилы Грушникова произошли необратимые изменения. Катя рассказала мне, что совсем недавно застала сына (Даниле уже семь лет) за странным занятием: мальчик смешивал в стакане стиральный порошок, зубную пасту и средство для чистки унитаза. На вопрос матери — зачем? — первоклассник Данила ответил: «Готовлю отраву для папы».

Этой весной СМИ, в том числе и государственные, дружно накинулись на Жилищный кодекс. Все дело в том, что бездомных жертв кодекса стало слишком много. Авторы закона заволновались. Самые честные из них, например юристы Конституционного суда, частично подтвердили ошибки законодателей. Но проблема в том, что в группе разработчиков Жилищного кодекса главные — вовсе не юристы Конституционного суда. А, например, риелторы, под коммерческие интересы которых и были написаны некоторые статьи Жилищного кодекса, в том числе злополучная 31-я. В этой статье абсолютизировано право собственности на жилье, в том смысле, что собственник жилья волен делать с квартирой все, что угодно, и никто — ни действующие, ни бывшие члены семьи, в том числе и дети, — ему не помеха.

На деле получилось не очень хорошо даже для риелторов. Нет, конечно, количество проданных квартир резко возросло, но по крайней мере респектабельные агентства недвижимости отговаривают клиентов от таких сделок. И аргументируют, что рано или поздно Жилищный кодекс будет все-таки изменен хотя бы в пользу несовершеннолетних детей, которых старые собственники (матери, отцы, бабушки и т.п.) сейчас продают вместе с квартирами, а новые собственники выписывают по суду.

В то же время Жилищный кодекс наплодил огромное количество квази- и юридических, и риелторских агентств, которые специализируются именно на сделках по «нечистым» квартирам и предлагают тысячу и один способ выселения. У Наташи Штельмаченко двое маленьких детей, младший Владик (четыре года) болен раком. Наташу и мальчиков хотела выселить бабушка, мать бывшего мужа, который сбежал от Наташи и несколько лет вообще не платил алименты на детей. Сама Наташа не работает, потому что Владик постоянно проходит курсы химиотерапии в Морозовской детской больнице. Еще когда Жилищный кодекс шел через Госдуму, за Наташей и ее детьми было судом закреплено право пользования спорной квартирой. Выселить их по 4-й части 31-й статьи тоже не удалось. И тогда бабушка воспользовалась 5-й частью 31-й статьи, то есть продала квартиру вместе с бывшей невесткой и внуками. Помог ей в этом (купил квартиру) старший юрист «Первого столичного юридического центра» Сухов О.В. Центр этот, кстати, специализируется на вопросах юридического сопровождения сделок с «проблемными» квартирами, а сам Сухов О.В. даже выступал в программе ТВЦ «Городское собрание» (эта программа освещает работу Мосгордумы). Как написано в анонсе программы на сайте ТВЦ, юрист Сухов О.В. обсуждал «вопросы решения проблемы выселения бывших членов семьи собственника за счет государства».

Не знаю, рассказывал ли в этой программе юрист Сухов о своем личном опыте. Но на данный момент он является истцом, требующим выселения Натальи Штельмаченко и двух ее малолетних детей. Чтобы процесс шел эффективнее, юрист Сухов О.В. сдал одну из комнат двухкомнатной квартиры нескольким мужикам. Они ходят по квартире голые, жгут печку в летнюю жару и открывают все окна в мороз, пьют водку и водят женщин. А в соседней комнате Наташа пытается создать стерильные условия для онкобольного Владика.

Этой весной у общественности создалось ложное ощущение, что здравый смысл начал наконец-таки побеждать. Главный государственный печатный орган «Российская газета» взяла интервью у главного апологета Жилищного кодекса в Госдуме Павла Крашенинникова, который обещал вот-вот улучшить кодекс, хотя бы в части защиты несовершеннолетних. А госканалы в унисон показали Крашенинникова, сидящего по правую руку с Дмитрием Медведевым. Вице-премьер, ответственный за улучшение демографической ситуации в стране, кстати, тоже тогда пообещал защитить детишек.

Увы! Зря Медведев доверился Крашенинникову. Ведь именно Крашенинников на протяжении двух с лишним лет был в Думе сильнейшим тормозом для пакета поправок в Жилкодекс, подготовленного еще весной 2005 года. На какие только ухищрения не шел Павел Владимирович! Когда пакет поправок все-таки прорвался сквозь первые чтения, авторы кодекса умудрились вовлечь в подковерную борьбу даже президента Путина. Вряд ли президент лично исписал шесть листов, обосновывая отрицательный отзыв на поправки. Главное, что он подписался!

Вообще за годы борьбы с Жилищным кодексом создалось устойчивое ощущение, что Павел Владимирович — фигура несамостоятельная. Не он же, в конце концов, подкладывал заключение о нецелесообразности поправок на подпись президенту Путину! Делал это, судя по всему, советник Путина Игорь Шувалов, который свято верит, что менять 31-ю статью ЖК РФ — все равно что покушаться на институт частной собственности. Странно только получается: когда речь идет о нефти, пиетет перед частной собственностью не останавливает президента Путина от экспроприации. А когда речь заходит о детях, то президент становится на защиту, например, бывшего мужа Наташи Федоровой.

Этот самый муж выгнал Наташу из дома, когда она была на пятом месяце беременности. И упорно не хотел прописывать своего сына Богдана, когда тот родился и отчаянно нуждался в поликлиннике по месту жительства.

Я была крайне удивлена, узнав, от кого муж Наташи Федоровой все-таки получил отлуп. Председатель Мосгорсуда Ольга Егоро­ва, лично рассматривавшая кассацию на решение Тушинского суда, говорят, практически разорвала мужика в клочья. И отменила все судебные акты Тушинского суда об отказе в регистрации маленького Богдана по месту жительства отца! После этого Мосгорсуд признал незаконными еще несколько решений о выселении детей и их мам. Что, безусловно, радует.

Грустно, однако, другое. Несмотря на то что судебное сообщество вступило в явную борьбу с Жилищным кодексом, самую страшную часть 31-й статьи — пятую — они трогать боятся. Это когда новый собственник выселяет членов семьи бывшего собственника. Например, муж Натальи Федоровой, как только она заявила в суде о жилищных правах их общего сына, тут же женился, подарил(!) квартиру своей второй жене, а сам выписался в Краснодарский край. Теперь уже новый собственник — женщина, которая сама недавно стала матерью, — выступает в суде против одиннадцатимесячного ребенка.

Читайте также: Новости Новороссии.