«Леонтьевские чтения» апгрейдили Чубайса

Анатолий Чубайс является «стационарным бандитом» с научной точки зрения, институт выборов в России можно считать «подрывным», а РОСНАНО «крышует» инновационные компании от «бандитов, ментов и конкурентов». Нет, это не тезисы из программы оппозиционной партии – все эти вопросы обсуждались 19 февраля на научной конференции «Леонтьевские чтения».

Международная конференция экономистов, социологов и политологов «Леонтьевские чтения» проходит в Петербурге с 2000 года. Каждый год организаторы стараются приглашать на нее не только известных ученых, но и политиков. В этом году за политиков отвечал глава РОСНАНО Анатолий Чубайс – его доклад «Частная собственность и инновационная экономика» скромно стоял в программе в ряду докладов других участников секции «Институты: теория и практика».

Анатолий Чубайс приехал аккурат к своему докладу, и до последнего времени никто не знал, сколько придется ждать федерального чиновника (который, скорее всего, в это время принимал участие в памятных мероприятиях, связанных с 50-летием Михаила Маневича). Ведущий научный сотрудник Леонтьевского центра Андрей Заостровцев, который вел заседание секции, умело подогревал интерес публики к его персоне и, предваряя выступление очередного докладчика, многозначительно заметил: «Анатолий Чубайс, может быть, будет между «Защитой прав собственности» и «Подрывными институтами».

Глава РОСНАНО прибыл очень кстати – он успел принять участие в обсуждении экономической теории «стационарного бандита», анализ которой скрывался под темой выступления профессора Высшей школы экономики Леонида Полищука «Защита прав собственности и сменяемость политических элит». Согласно этой теории, разработанной американскими экономистами Мансуром Олсоном и Мартином Макгиром, авторитарные режимы можно условно разделить на два типа – «кочующий бандит» и «стационарный бандит».

Как писали эти авторы, «кочующий бандит» находится у власти недолго и за это время старается прибрать к рукам максимум собственности и всевозможных благ, чтобы, в случае потери власти, обеспечить себе «безбедную старость». «Стационарный бандит» заинтересован в сохранении власти и поэтому должен гарантировать права собственности, иначе в его страну никто не будет вкладывать инвестиции.

Однако, по мнению Леонида Полищука, тот факт, что «стационарный бандит» гарантирует права собственности из страха, что из страны уйдут инвесторы, не подтверждается на практике. В связи с этим он развил теорию американских экономистов: по его мнению, «стационарный бандит» заинтересован в хоть каком-то соблюдении прав собственности из страха потерять накопленные богатства в случае утраты власти. Поэтому, по его мнению, в авторитарной стране существует ротация кадров, которая поддерживает в чиновниках этот страх, а значит, заставляет их соблюдать основы института частной собственности. И в конечном счете весь этот механизм, построенный на страхе и постоянной ротации кадров, ведет к дальнейшей демократизации страны – как бы парадоксально это ни звучало.

При этом чем активнее происходит ротация, тем больше «стационарный бандит» заботится о поддержании частной собственности как базового института рыночной экономики. А иначе, как заметил Леонид Полищук, с ним произойдет то, что случилось с бывшим мэром Москвы Юрием Лужковым – как известно, недавно в офисе компании «Интеко» его жены Елены Батуриной прошли обыски в связи с уголовным делом о незаконном предоставлении Банком Москвы кредита на сумму около 13 млрд рублей, что, по мнению экспертов, говорит о начале преследований бывшего мэра.

Что касается «Подрывных институтов», то под ними Андрей Заостровцев имел в виду доклад профессора Европейского университета в Петербурге Владимира Гельмана «»Подрывные институты» и неформальное управление в современной России». Под этим почти революционным термином ученый подразумевал тот факт, что практически каждый общественный институт в России имеет некую формальную оболочку и неформальное ядро, из-за чего внешне эти институты похожи на демократические, но на деле это не так.

При этом, по его мнению, их можно считать «подрывными» потому, что они оказывают негативное воздействие на развитие страны и вместо демократии ведут к катастрофе – именно так произошло с СССР.

В качестве примера современных «подрывных институтов» Владимир Гельман привел выборы: с одной стороны, есть закон о выборах (формальная оболочка), а с другой – есть реальная практика его применения, позволяющая снимать кандидатов или фальсифицировать итоги голосования (неформальное ядро). Так, в законе не прописано, в случае каких нарушений выборы можно признать недействительными.

– Во время обсуждения проектов избирательных законов в 1994 году в ответ на предложение записать исчерпывающий перечень подобного рода нарушений, дабы исключить произвольную трактовку норм, один из депутатов Государственной думы сказал, что этого не стоит делать. Ведь тогда у власти будет возможность отменить итоги будущих выборов в случае победы Зюганова или Жириновского, – отметил исследователь.

А затем добавил: – И усилиями разных людей, в том числе и следующего докладчика, этот перечень составлен не был.

А следующим докладчиком был глава РОСНАНО Анатолий Чубайс. Впрочем, он этого колкого замечания не слышал и, зайдя в зал, тут же по многолетней привычке направился к трибуне.

Свое выступление он посвятил так называемой «инновационной экономике». По его мнению, советская система сумела создать два глобальных инновационных проекта – покорить атомную энергию и отправить человека в космос. Однако при этом качество бытовых приборов было «чудовищным»: достать их было невозможно, пользоваться – тоже.

– Спрос на покорение атома и космоса был государственным. Но советская экономика не сумела создать спрос для человека. Я считаю, что креативность является органической чертой русского человека, если задать правильный спрос. А если нет, то будем делать «Запорожцы», – заметил глава РОСНАНО.

По его мнению, подлинный спрос на инновационную продукцию может появиться только в рамках рыночной экономики: государство просто не в состоянии директивным путем создать iPad, iPhone и т.д.:

– Знаете, какая главная трагедия для американского инноватора, как они мне рассказывают? Это когда к тебе придет чиновник из Вашингтона и скажет: «Я из правительства, чем тебе помочь?»

Однако, судя по всему, у публики сложилось впечатление, что РОСНАНО, которое возглавляет Анатолий Чубайс, поступает именно так. Возможно, именно поэтому бывший кандидат в президенты Беларуси и президент научно-исследовательского центра Мизеса Ярослав Романчук спросил чиновника, не считает ли он, что для России «Чубайс является «стационарным бандитом»?»

– Меня много как называли в моей жизни, но вы сделали «апгрейд», – быстро среагировал Анатолий Чубайс, а затем заметил, что РОСНАНО, стремясь создать инновационную экономику, «крышует» российские компании от «бандитов», «ментов» и конкурентов, и в этом смысле, с научной точки зрения, его деятельность действительно можно назвать деятельностью «стационарного бандита».

Добавить здесь было нечего: яркий термин американских экономистов нашел себе в России новое, неожиданное применение. Остается только гадать, кто еще из федеральных чиновников решится признать свою работу деятельностью «стационарного бандита» – с научной точки зрения, разумеется.

Читайте также: Новости Новороссии.